Принуждение к ответственности

Причем интересы могут меняться. А первый, второй и третий могут меняться местами. Законы внешней политики мало чем отличаются от правил политики внутренней. Разница только в масштабах. Другие ставки, другие выигрыши. Иные потери. Неудача в междоусобице может лишить безупречной репутации, тактической инициативы, электоральной симпатии, карьерной перспективы. Фиаско в международной схватке грозит утратой жизней и территорий. Мир масштабной политики так устроен, что даже небольшие промахи сильных государств оборачиваются огромными проблемами государств слабых. Но, даже зная об этом, лидеры малых стран все равно озираются на правителей стран великих…

Нынешней осенью во всем мире поминали недобрым словом знаменитый "мюнхенский сговор". Семь десятилетий назад, в конце сентября 1938-го, в столице Баварии было подписано печально известное соглашение, по сути, развязавшее Вторую мировую войну. Германский канцлер Адольф Гитлер, итальянский диктатор Бенито Муссолини, британский премьер Невилл Чемберлен и глава французского правительства Эдуард Даладье поставили свои подписи на договоре о передаче нацистской Германии части территории Чехословакии - Судетской области.

Судеты, населенные преимущественно этническими немцами, служили давним объектом притязаний фюрера Третьего рейха. При полном попустительстве великих держав Гитлер оккупировал демилитаризованную Рейнскую зону и присоединил Австрию. Территориальные претензии немецкого вождя к Чехословакии должны были наконец-то вызвать жесткую реакцию Лондона и Парижа, главных мировых надзирателей над миролюбием Берлина.

Но они сделали очередной шаг к "умиротворению" агрессора. Глава кабинета Великобритании был искренне убежден, что кусок чужой земли - умеренная цена за избежание, или (как минимум) продолжительную отсрочку войны в Европе. Неоднократно встречавшийся с Гитлером Чемберлен называл свого немецкого коллегу "трезвомыслящим политиком" и "человеком, на которого можно положиться". А министр иностранных дел Эдвард Галифакс считал, что ради ублажения диктатора Лондон может даже пойти на уступку Германии части британских колоний в Африке.

На переговорах в Мюнхене (на которые представители Чехословакии даже не были приглашены) Гитлер объявил о своем отказе от будущих территориальных претензий. Великобритания и Франция выступили гарантами новых границ республики, бесстыдно обворованной во имя великой цели.

После триумфального возвращения в Лондон, Чемберлен пафосно сообщит соплеменникам, что он обеспечил "мир этому поколению". Впрочем, на островах в это поверят не все. Госсекретарь по делам авиации, лорд Суинтон спросит премьера напрямик: "Вы купили время, необходимое для перевооружения армии?" Политический именинник покачает головой, и, размахивая заявлением, подписанным немецким вождем, укоризненно обронит: "Ну, как вы не понимаете - я привез мир…"

Позже британский историк Лен Дейтон опишет рассказ самого Чемберлена об одном примечательном событии, предшествовавшем подписанию этого самого заявления. Когда Гитлер собрался украсить своим росчерком документ, в котором указывалось, что "народы Великобритании и Германии никогда больше не будут воевать друг с другом", выяснилось, что чернильница пуста. Кое-кто в Англии посчитал это обстоятельство дурным предзнаменованием. Но большинство отнеслось к нему как к курьезному анекдоту.