Не стало великого русского писателя Александра Солженицына

Я, наивный студент журфака ЛГУ, отправился тогда в главную ленинградскую библиотеку, заказал старые журналы "Новый мир" с его несколькими рассказами еще хрущевской оттепельной поры, повестью "Один день Ивана Денисовича". Это все, что было напечатано в СССР. Журналы выдали. Но "Матренин двор", "Ивана Денисовича" я не нашел. Страницы были вырезаны.

А потом и самого автора выдворили из СССР. Казалось, навсегда.

"Он не дал себя отключить"

Осень 89-го. Вовсю бушует перестройка. На волне гласности начали возвращаться и книги опального классика. Даже знаменитый "Архипелаг ГУЛАГ" стали печатать. Тогда я взял интервью у Виктора Астафьева. Человека, первым в пору гласности прорвавшим завесу молчания вокруг Солженицына. Выступая по Центральному телевидению, он с горечью сказал, как много потеряет наше поколение, если еще один великий русский писатель умрет на чужбине, как умер там другой нобелевский лауреат - Бунин.

"Присутствие в мире Александра Исаевича, его работа, его честь были хоть какой-то - слово вот поизносили! - путеводной звездой, - сказал в интервью "Комсомолке" писатель-фронтовик. - Ну не звездой, так луной, освещающей нас. Чтобы мы не совсем уж в темные углы-то тыкались, на бревна не натыкались. Уж если он в изгнании, преследуемый не только нашими доблестными борцами, но и всякими репортерами, клеветниками международными, имел мужество много и плодотворно работать! Не дал себя отключить".

"Солженицын возвращается!" - озаглавили мы то большое интервью. Но уже в номере заголовок пришлось менять на более нейтральный. Как сказал главный редактор, кому-то наверху не понравилось. Видно, не хотели возвращения автора "Архипелага ГУЛАГ".

И все же он решил вернуться. Но поставил условие - опубликовать на родине его сочинение "Как нам обустроить Россию?".

Откликнулась "Комсомолка". Из редакции позвонили в Вермонт, где жил Солженицын, предложили напечатать тиражом 27 миллионов экземпляров. Солженицын согласился.

В 98-м Солженицын написал горькую книгу "Россия в обвале". Отказался принимать орден из рук Ельцина. И снова попал в опалу.

В марте 2003-го началась новая травля знаменитого писателя. В Интернете, в российских и зарубежных газетах. Причиной тому был двухтомный труд "Двести лет вместе". О взаимоотношениях русских и евреев.

Увы, многие оппоненты Солженицына нормальную полемику подменили обвинениями в адрес самого писателя, сфабрикованными еще в эпоху СССР. Одна из статей называлась… "Бесстыжий классик". Представляете стиль полемики?!

И уже не в изгнании, а в родной демократической России вынужден был Солженицын отключиться от работы и отражать нападки новых "всяких репортеров, клеветников международных". Он написал ответ клеветникам: "Потемщики света не ищут". Его опубликовала "Комсомолка" в октябре 2003 года.

"Мы постепенно встанем на ноги"

Последнее публичное появление Солженицына было в Российском государственном гуманитарном университете в феврале 2002 года.

Потом вермонтский затворник стал затворником троице-лыковским.

Даже перестал появляться на ежегодном вручении Солженицынской литературной премии. Не был Александр Исаевич и на вручении Государственной премии в Кремле в прошлом году. Тогда российский президент Путин сам приехал к нему в Троице-Лыково.

Причиной затворничества стала болезнь.

- У Александра Исаевича много лет была стенокардия, - рассказывала мне его жена и первый помощник в делах литературных и всех других Наталья Дмитриевна. - Затем добавились проблемы с позвоночником. Потому он и перестал выходить из дома. Но продолжал трудиться каждый день. На здоровье он не жаловался. Считая это грехом.

Жизнь-то была не санаторий. Отец его погиб, когда мать только ожидала сына. И ведь всю мировую войну прошел отец артиллеристом. Уцелел. И тут несчастный случай на охоте. Жили с матерью скудно. Школу окончил в Ростове, там же физмат университета. Потом война, тюрьма, лагерь, ссылка.

А в последний лагерный год - рак! Операция в лагерной больничке. В ссылке пошли метастазы. Лечиться в Ташкент ссыльного из глухого казахского аула Кок-Терек долго не отпускали. В областном городе ссыльные врачи осмотрели: "Жить тебе две-три недели!" К концу третьей и пришло разрешение ехать в Ташкент. Прибыл - мест нет. Лег на пол весь промокший, идти ему некуда. И болезнь уже сильно запущена. Но врачи там были хорошие, и "пушка" радиологическая, и рентген. Опухоль стала быстро отступать. И все же на чудо похоже, что он исцелился.

Потом противостояние с властью. В 74-м, при взрыве "Архипелага", его выслали. Но и на Западе жизнь была вовсе не райская, много резких нападок. Так что за плечами Александра Исаевича была долгая тяжелая жизнь.

- Наталья Дмитриевна, почему, вернувшись на родину, Александр Исаевич не пошел в политику?

- Александр Исаевич никогда не рассматривал себя как политика. Он создан был для литературы, а не для политики.

- Вопрос, который мучает, думаю, не только меня. Почему он не переступил через принципы ради России? Пошел бы в президенты…

- Евгений, наивный вы человек! Если бы он даже захотел идти во власть, в 94-м или раньше, его бы ни за что туда не пустили. Все схвачено, как говорится. Да и денег никаких за Солженицыным не стояло. А без больших денег во власть не ходят. Везде, не только в России.